А двадцать с лишним, тридцать или сорок тысяч лет назад мозг и вовсе перестал улучшаться. А орудия? Ого!

Почему же мозг «отказался от соревнования»?

Потому ли, что именно его мощь уже была в состоянии обеспечить именно этот темп?

Или потому, что раз за орудиями всё равно не угонишься, так лучше остановиться?

Суть дела, конечно, в другом. Мозг улучшался не из-за того, что этого хотели его обладатели. Просто среди людей дольше жили те, у кого мозг был крупнее и лучше устроен. Это понятно — ведь они были умнее, легче избегали опасности и приносили больше добычи с охоты, быстрее находили вкусные съедобные коренья. А раз они дольше жили, то и детей у них бывало больше, и среди этих детей, вырастая, опять-таки оставляли после себя детей только те, у кого мозг был сложнее устроен, а дети ведь, как известно, обычно похожи на своих родителей,

Шла, как говорят учёные, эволюция. А отсев в борьбе с природой тех, у кого мозг был устроен проще, учёные зовут естественным отбором. Конечно, природа устраивала древнему человеку экзамены не только на умственное развитие. В ходе естественного отбора погибали и самые неуклюжие, и самые трусливые, и самые слабые.

Но если для зайца, скажем, важнее всего была быстрота, то для человека — ум. А носитель ума — мозг.

Вот как пишет о взлёте человека психолог и психиатр Владимир Леви в отличной книге «Я и мы»:

«... Сколько же нужно было пройти лабиринтов, сколько миновать тупиков, чтобы стать, нет, только получить возможность стать человеком. Сколько претендентов на эту вакансию было безжалостно забраковано!

... У одних оказалась слишком короткая шея, у других чересчур тяжёлые челюсти, у третьих слишком плоские зады. Ничего смешного: есть нешуточные доказательства, что, если б не особое строение большого ягодичного мускула, наши предки никогда не смогли бы укрепиться в прямохождении... Был какой-то лихорадочный спрос на мозги: или срочно решительно поумнеть, или погибнуть (теперь или никогда), а чем больше ума, тем больше требуется...»